Как пойти на метал-концерт в 40 лет и получить удовольствие

Как утверждают ученые, с возрастом мужчины начинают предпочитать музыку полегче. Бесстрашный Эрик Шпитцнагель, заместитель главного редактора американского Men’s Health, решил проверить эту теорию и в награду получил буррито и медицинскую помощь.
Фото 1 - Как пойти на метал-концерт в 40 лет и получить удовольствие

23:00 Я стараюсь удержаться на ногах в море людей в черных футболках и пирсингом на лице. Со сцены, где играет дум-метал-группа Sleep, доносятся тяжелые, мрачные риффы, от которых все мое тело начинает вибрировать. Солист вопит что-то в духе «проклятые души собираются в долине Повелителя Зла», упоротая толпа одобрительно кивает. В воздухе стоит тяжелый запах человеческих тел, мои барабанные перепонки готовы лопнуть, а из левого предплечья течет кровь, капая на пол, покрытый пивом, осколками стекла и окурками.

Самое главное, что мне уже хорошо за 40. Если верить науке, меня не должны интересовать подобные мероприятия.

С науки, пожалуй, и начнем. В конце прошлого года факультет психологии Кембриджского университета опубликовал исследование, в котором изучалось, как наши музыкальные предпочтения меняются с возрастом. Ученые проследили, какую музыку слушали 250 тысяч человек в течение 10 лет, и выяснили, что в течение жизни мы проходим различные стадии и наши музыкальные предпочтения меняются. В подростковом возрасте у нас «интенсивная стадия», мы тащимся от панк-рока, хип-хопа, металла или чего угодно еще, что бесит наших родителей. На третьем-четвертом десятке лет наступает «современная стадия», мы начинаем предпочитать поп-музыку и R&B. А уже за 40, в раннем среднем возрасте, приходит «продвинутая стадия», мы уже слишком погружены в заботы, связанные с работой и детьми, чтобы искать себе музыкальных приключений, и слушаем то, что ненавидели в детстве — классику, фолк и прочие умиротворяющие мотивы.

Для меня — отца и мужа в «раннем среднем возрасте» — это звучит пугающе и немного оскорбительно. Как будто мне говорят: «Слышь, дед, мне даже не надо смотреть в плейлист в твоем смартфоне — и так понятно, что ты слушаешь отстой». Особенно раздражало то, что исследование точно описывало мою собственную жизнь. На втором и третьем десятке лет я любил громкую, раздражающую музыку: The Replacements, Pixies, Jon Spencer Blues Explosion, Jesus Lizard и все остальное, что специально создавалось, чтобы бесить взрослых работающих людей. А в последнее время... обойдусь без подробностей, но, скажем так, в моей коллекции преобладают утонченные композиции белых музыкантов с акустическими гитарами.

Но дайте же мне второй шанс! Может, кембриджское ученые отчасти и правы, но это же не приговор! Музыкальные вкусы зависят от возраста, но наверняка на них влияют и меняющиеся обстоятельства жизни. Когда у тебя уже жена и дети, не так-то просто исследовать новые направления. Нужны друзья, склонные к приключениям, которые слушают не только бардовские песни и акустический рок по радио.

Такой друг у меня есть. Зовут его Карл. Он тоже отец, примерно моего возраста (я встретил его на детском празднике, где собирались все соседские дети) и работает преподавателем экономики. Хороший парень, милая семья. Ах да, чуть не забыл: еще он обожает дум-метал. Это где поют про Сатану или инопланетян и где очень, очень, очень сурово перегружены гитары. У него был лишний билет на концерт Sleep в чикагском «Талия Холле», и он предложил мне пойти с ним. Про группу он мало что рассказал, кроме того, что их лучшая песня — это ода конопле длиной в 63 минуты под названием «Планокур».

«Эти парни играют так, что башню начисто срывает», — заверил меня Карл, словно это достаточная причина для того, чтобы идти слушать их вживую.

Наши жены решили провести этот вечер вместе, распив бутылочку белого вина и наблюдая за детьми через видеоняню. А мы отправились в южную часть Чикаго, где у улиц нет названий, только номера, а дома словно вышли из фильмов Мартина Скорсезе. Пока мы едем, я рассказываю Карлу про кембриджское исследование, в ответ он иронично смеется. «Все это хрень, — говорит он, — мои музыкальные вкусы только деградируют». В подростковом возрасте Карл слушал музыку из топ-40, от U2 до R.E.M., и уже намного позже, когда ему было 36 и он был уже женат, он познал прелесть дум-метала.

Как это случилось? Примерно так же, как со мной. Почему я еду на другой конец города на концерт, где играет группа, о которой я ничего не слышал, и который угрожает целостности моих барабанных перепонок? Да просто у друга был лишний билет.

Предполагалось, что к нам присоединится еще один папаша с наших детских утренников — Джереми. Из нас троих он самый большой фанат металла, он читает все блоги про андерграундную музыку и в разговоре жонглирует такими названиями групп, что немедленно начинаешь чувствовать себя старым и всеми забытым дебилом. «Слушали новый альбом Carcass? — спросит, например, Джереми в то время, как мы пытаемся научить своих детей не есть козявки из носа. — И название у пластинки крутое — «Хирургическая сталь», а уж песни — вообще лучшее из всего, что вышло в этом году».

Мы были уверены, что он пойдет с нами сегодня. А Джереми неожиданно отказался, заявив, что обещал пойти с женой на совместный концерт Майкла Макдональда (соул-певец из 70-х, экс-вокалист Steely Dan и The Doobie Brothers — прим. МН) и группы Toto (коллектив, исполняющий слащавый софт-рок — прим. МН) на фестивале Ravinia. Он весь скривился, сообщая нам эту печальную новость, делая вид, что ему совершенно неохота туда тащиться. Но от жены Джереми мы услышали совсем другое. «Да вы что, он обожает Майкла Макдональда, — призналась она, — он весь год ждал этого шоу».

Шоу должно начаться в восемь. Но, как опытные посетители рок-концертов, мы знаем, что приходить стоит не раньше девяти. Группы никогда не начинают выступления вовремя, особенно такие, которые (как мы предполагаем) за кулисами пьют козлиную кровь чашами. На месте работают парковщики, но Карл настаивает, что «это не тру, пусть тут мажоры паркуются», и мы катаемся по округе, пока не обнаруживаем уличную парковку около круглосуточной мексиканской забегаловки сомнительного вида.

Выясняется, что мы все равно пришли слишком рано. На разогреве играет Correction House, которые появились лишь к десяти часам. Они очень шумные и все такие сатанинские, но, как бы они ни старались, напугать нас у них не выходит. Солист словно поет проповедь с кафедры, из его воплей мне удается разобрать только фразу «вырвали ей глааааааззззааааа!!!». Не сильно пугает. Ты когда-нибудь видел, как музыкант с баритон-саксофоном начинает яростно трясти головой? Особого сатанинского ужаса это зрелище не вселяет.

Почти 23.00, а мы все еще ждем. Стоять два часа на ногах, ничего не делая, в 40 лет уже не так весело, как в 20. Но мне предстоит еще одно испытание, которое проверит мою решимость. Мимо меня протискивается через толпу парень, у него на запястьях — кожаные браслеты с металлическими шипами. Неожиданно я чувствую боль и вижу струйку крови у себя на предплечье.

«Что за хрень?! — ору я на него. — Мужик, ты меня порезал своей сбруей!»

Он оборачивается, видит кровь и виновато улыбается: «Прости, чувак! Прямо в первый раз со мной такое».

Братан, ты серьезно? А я думал, что, когда ты стоишь в толпе и у тебя на запястьях — десятки стальных шипов, кто-нибудь да обязательно пострадает.

Я не успеваю сказать это вслух, потому что свет гаснет и на сцену выходят Sleep. Ударяет музыка, от которой буквально перекручиваются яйца, и тут же сотни парней в черных футболках начинают дымить своими вапорайзерами и сигаретами. Из темноты поднимается облако синего дыма, а голый по пояс гитарист — в джинсах, которые на нем хорошо сидели, наверное, лет 20 назад — вытворяет со свой гитарой такие пируэты, которые вряд ли возможно сделать, не взяв пару уроков у какого-нибудь циркового акробата.

Честно признаюсь, что какая-то часть меня хочет домой. Немаленькая такая часть. Та самая, которая привыкла в 11 вечера смотреть сериальчики, лежа в постели с женой. Они уж точно не бьют так по ушам. Мы с Карлом с трудом сдерживаем зевоту — не потому, что хотим выглядеть крутыми снобами, а просто с каждым зевком в легкие входит очередная порция дыма, и я уже, кажется, слегка упоролся. А еще у меня по прежнему течет кровь из руки — такое напрягает в любом возрасте.

Если бы я знал заранее, как все будет, я бы не пошел. Не потому, что меня ждали какие-то сюрпризы. Если не считать пореза, я не увидел особых отличий от всех тех рок-концертов, которые я посещал в молодости. Хотя ладно, кембриджские умники, признаю — отличия есть и они связаны с тем, что я стал старше. Я тут словно 60-летний Рон Джереми во время оргии. Знаю все, что надо делать, но я дико устал, вся эта возня давно обрыдла, и вообще — может, уже пора закругляться, ребят?

«Лечу верхом на драконе к малиновому оку, — рычит вокалист сквозь бороду, которая сделала бы честь любому Деду Морозу, — хлопают крылья под красным небом Марса! Змей улетает в космос, оставляя людей позади!»

Есть забавная штука в этих дум-метал-концертах. Кажется, что ты сейчас не выдержишь и свернешься на полу в позе эмбриона — и вдруг все меняется. Это как у марафонцев, когда им кажется, что дальше бежать невозможно. И тут открывается второе дыхание. Мы с Карлом уже еле стояли на своих старых, дрожащих ногах, исподтишка поглядывая на часы. А в следующую секунду мы уже тряслись всем телом под музыку. Риффы были плотными и мутными — казалось, что у нас в ушах картофельное пюре. Песни звучали именно так, как должны звучать песни про существ из греческих мифов, занимающихся незащищенным сексом в Стоунхендже. И мне, черт подери, это нравилось! Несмотря на кровотечение. Даже так — особенно в комплекте с кровотечением.

Когда мы с женой и сыном куда-то идем, всегда берем с собой сумку, где есть все необходимое для любых экстренных ситуаций. Бинты, антисептики, крем с антибиотиками, антибактериальные салфетки, анти-что-угодно-еще — короче, все что нужно. Но тут, посреди толпы потных фанатов дум-метала, у меня нет под рукой аптечки первой помощи. Нет даже крохотного детского пластыря. Если я истеку кровью и умру, никто и не почешется. Я могу попробовать протиснуться к выходу, но и там вряд ли удастся найти медицинскую помощь. Так что можно просто забыться, слушая громовые басы, и пусть себе кровь хлещет! Когда ты все время должен быть ответственным и внимательным, и учить своего ребенка: «Нет, не трогай это. Почему? Потому что папа так сказал», — то чувствуешь какую-то прекрасную свободу, когда просто позволяешь себе истекать кровью.

Я поднимаю руку, трясу кулаком в такт музыке (в это время в песне слова «reptile master» («повелитель рептилий») рифмуются с «space-pod rising faster» («космическая капсула взлетает все быстрее»)) и забрызгиваю кровью стоящего рядом парня. Пофиг! Если не хочешь быть обрызган чужой кровью и прочими телесными жидкостями, не ходи на дум-метал, чувак!

Шоу заканчивается после часа ночи, и, как ни странно, мы с Карлом не хотим спать. Нам обоим завтра рано вставать, кормить детей и вообще быть ответственными отцами и мужьями. Но сейчас нам на все плевать.

«Хочу чертов буррито!— говорит мне Карл. Кажется, он порядком наглотался дыма. — Пошли-ка в забегаловку!»

«Да, черт его дери! — рявкаю я, — а потом я пойду сделаю укол от столбняка!»

Мы вскидываем руки, показывая козу, — в любом возрасте этим жестом скрепляют договор.

Комментарии

20
GROG
11 марта 2017 20:09

Вот собираюсь в 43 года на Металлику (и не в первый раз)и ничего,не жужжу)
Но больще всего впечатлил ранее Макс Кавальера с SOULFLY и Систев оф зе даун в Армении - вот это была бомба..........
За концерт OBITUARU готов продать почку!

Андрей
11 марта 2017 11:06

Странная постановка вопроса, а как иначе ?
..," По мнению 'ученых' " , предположу 'британских'

Алексей
25 октября 2014 7:07

недавно зашел с друзьями в недавно открывшийся рок-бар.посидели.попили пиво.выступали молодые группы.все понравилось.

Добавить комментарий
Показать ещё