Мужской разговор: жизнь по губам

Нет такого слова - "глухонемой". Есть различные инвалиды по слуху, которых следует называть попросту — "глухие". А знаешь, как глухие называют всех остальных людей?
— Почему вы приняли участие в митинге организации инвалидов “Перспектива”? — спрашиваю известного специалиста по психологии, беря его в прицел видеокамеры.
Надеюсь, он меня понял? Если меня переспрашивают — значит, лоханулся. Не смог правильно сказать “у”, “л” или “с”, утратив контроль над речью. Всю жизнь приходится следить, чтобы звуки выговаривались как надо…

В глазах собеседника привычная мудрость психоаналитика вдруг сменяется настороженностью хоббита, заслышавшего хрип орка.

— А можно у…а…, вы и…а…ой страны? — воспринимают мои глаза встречный вопрос. Ага. Мозг, не утруждаясь перебором вариантов, выдал до боли привычное: “А можно узнать, вы из какой страны?”
С обреченной готовностью выбрасываю ответ:
— Не, я не иностранец, просто глухонемой! Потому такой акцент.

Ну, психолог, давай не будем отвлекаться, мне еще пару человек надо опросить.
Но дальше интервью катится без сучка и задоринки.
— Ни за …о бы …е …одума…, что вы …у…онемой! — напоследок заявляет психолог. Ишь, ни за что бы он не подумал. Так фишка в том, что я и в самом деле не глухонемой. Нет такого слова. Есть инвалиды по слуху, которые более-менее голосом говорят, есть и те, которые владеют только жестовым языком. Хоть жестовый — но язык. Нас следует называть попросту — “глухие”. А вы знаете, как глухие называют всех остальных гомо сапиенс? “Говорящие”…

Митинг закончился. Моя тачка мчится по московским улицам. Нужно взять интервью у неслышащего подростка, который в компании здоровых ровесников докатился на лыжах до Северного полюса. В видеокамере заряд еще теплится. Что бы я, глухой журналист, без нее делал-то… При работе с “говорящими” мне без нее не обойтись — потом интервью по губам расшифровываю. И при работе с глухими тоже: жесты на диктофон не запишешь!

Блин, ГИБДД не дремлет… Полосатая палочка выдернула мое авто из потока и пришпилила к бордюру. Вылезаю, протягиваю документы неспешно подошедшему менту. Ткнув себя в ухо, округляю глаза и мычу. Мент сразу грустнеет.

— …ы превы…или …оро…! — пытается мне втолковать он. “Вы превысили скорость!” — расшифровывает мой мозг, но я продолжаю пучить глаза. Нет уж, поизображаем Герасима!
Страж порядка тыкает на поток, затем на мою тачку, укоризненно качает головой и показывает что-то вроде бега на месте.
Я любуюсь этой аэробикой и — ни гугу.

Тут гаишник интимно тянется губами к моей щеке. Точнее — к уху. Вот главная ошибка “говорящих”: орать глухому прямо в ухо как можно громче. Остатки моих слуховых рецепторов доносят звуковые волны до мозга. Тот впадает в ступор: что делать с этим шумом. У тех, кто не слышит с рождения, в мозгу просто нету зоны, которая отвечает за распознавание речи. Нету, и все тут.
Зато, бьюсь об заклад, в мозгах слышащих людей отсутствует участок, который расшифровывает движения губ.
Фото 1 - Мужской разговор: жизнь по  губамЯ отстраняюсь и показываю жестом — мол, напишите, что хотите. Ручкой. На бумажке. Мент на пару секунд немеет…
— Тьфу, …у…онемой! — и гаишная палочка выразительно помавает: мол, езжай отсюда на фиг!

Пронесло. Милиция привыкла, что среднестатистический инвалид по слуху — это когда машут руками и не понимают даже написанное. Хорошо, что родители научили меня с трех лет читать, говорить и отдали в обычную школу. А то после спецшколы для глухих я бы искренне мычал, глядел в книгу, как в афишу коза. Вспомнился слуховой аппарат школьной поры: что-то вроде нынешнего плеера. Помогал мало, зато провода обрывались в драках. Утешало одно: колотили не за глухоту, а за скандальность.

Бензин на исходе. На заправке, выйдя из тачки, двигаюсь к кассе. Ага, и тут отгородились модным зеркальным стеклом. Говорю своему отражению:
— Третья колонка, девяносто второй, на все!

Лоток проглатывает деньги. Пауза. Может, меня там переспрашивают? Чертово стекло. На всякий случай старательно повторяю фразу. Выползает чек.
Шланг уже воткнут в горловину бака. Жму рычаг. Бензин не идет. Возвращаюсь к кассе, излагаю своему отражению проблему. И тут на всю бензоколонку орет динамик. Это мне ответили. Спасибо большое. Я разве могу вычленить слова в этом реве?
— Какого черта? Я не слышу! Выйдите и объясните!

Динамик увеличивает мощность. Зеркальное стекло аж подрагивает. Тому идиоту (или идиотке?) лень отрывать зад¬ницу и высовываться на улицу. Очередь водителей у кассы где жестами, где словами просветила меня: колонка старая — надо на ней кнопку нажать, чтобы пошло топливо. Ага.
Пробка. Справа — блестящий кабриолет “ауди”. Мажорный крендель за рулем и гламурная фифа на переднем пассажирском. Женщина, повернув голову к водителю, щебечет.
— Мне …у…пи зде…! — движутся пухлые губки.

Мозг расшифровывает фразу во что-то неприличное, но тут я вижу, что девушка тычет пальцем в примостившийся у дороги ювелирный бутик. “Мне купи здесь!” — вспыхивает в сознании достоверная версия. Ага, кабриолет будет сейчас нагло гудеть и рваться к тротуару. Но водитель пафосной телеги бурчит что-то такое, отчего губы его собеседницы обиженно надуваются и выдают:
— …ам …у…ак!
Ясно: “сам дурак” к бутику не хочет. А красивый рот у герлы! И артикуляция замечательная, четкая. Легко по губам читать. Не то что у Путина…
Владимира Владимировича почти невозможно понять по губам. Оно и понятно, бывший чекист. Знает, что разведки мира иногда используют неслышащих “губных чтецов” в своих целях. Да что разведка, телевидение наше пыталось как-то с моей помощью Путина расколоть!
 
Это было, когда грянул “Норд-Ост”. В новостях то и дело эфирили минутный фрагмент экстренного совещания Путина с Касьяновым и Патрушевым. Фээсбэшники кинули телевизионщикам этот эпизод без звука. И вот НТВ обращается за помощью в Общество глухих. Полтора часа мы мурыжили запись, прежде чем набросали версию разговора. Энтэвэшники накуксились: а где сенсация? Президент говорил о срочности решения проблемы, премьер поддакивал, а глава ФСБ заявлял, что все в полной готовности. Чекисты не дураки, подсунули журналистам самую безобидную часть записи. Впрочем, я так и не знаю, куда попал своим переводом: в точку или в небо пальцем? Чтение с губ — штука очень вариативная. Всю жизнь мозги неслышащего индивидуума в бесконечном поиске: может, сказали так и мне надо сделать то? А может, сказали сяк и мне надо поступить по-другому? Компьютерный процессор, безостановочно занятый перебором вариантов. Вечный напряг. Жизнь по губам.
 
И забавно, когда кто-нибудь из слышащих мужиков сетует мне на свою несчастную жизнь. Руки-ноги имеются, голова есть, слух в порядке — а у него, видишь ли, нерешаемые проблемы. Заткни себе уши и разбери мои слова:
— …ебе не …ыдно, …ужик?

ТЕКСТ: МИХАИЛ ВЕСЕЛОВ.
ИЛЛЮСТРАЦИИ: АНТОН БАТОВ

Читай также:

Комментарии

9
Юрий
06 марта 2015 6:24

Тяжелый рассказ... но прочитал до конца! Конечно людям с таким устройством речи и слуха тяжело в этом мире "говорящих", но государство, кажется, мало что делает чтоб это исправить. Жаль!

Линар
05 июня 2014 16:53

Вы тупике если только видите перед собой крышку гроба. Из всего остального есть выход!

26 мая 2014 12:48

Блин, вот вы закинули.

Добавить комментарий
Показать ещё