«Я прошел через мясорубку диет»: Михаил Шац в «Раздевалке»

Мы придумали новую рубрику — называется «Раздевалка». Смысл ее в том, чтобы подкараулить очередного нашего героя (не профессионального спортсмена!) сразу после тренировки (или любой физической активности) и вызвать его — расслабленного и теплого — на откровенный разговор: сперва о самой тренировке, а дальше обо всем на свете. Первым попался шоумен и телеведущий Михаил Шац.
Фото 1 - «Я прошел через мясорубку диет»: Михаил Шац в «Раздевалке»

Ты сейчас вышел с тренировки распаренный и на вид довольно счастливый. Только на вид, или так и есть на самом деле?
Сложно сказать. Ты получаешь удовольствие, когда почистишь зубы? Вот такое же приблизительно ощущение у меня после тренировки. По большому счету это просто обязательная программа. Проснувшись, выпив кофе, следующим шагом я должен сесть в машину и приехать в зал. Только тогда начинается день, только после этого я могу приступать к делам, которые запланировал. Конечно, это вызывает какие-то эмоции — как и чистка зубов. Возможно, они небольшой палитры, эти эмоции, зато дают очень важное для меня ощущение: полной готовности к тому, что дальше произойдет. Тело наливается бодростью, все кажется таким… многообещающим, приходит легкая эйфория.

Надолго хватает этого ощущения?
Не очень, кстати. Все довольно быстро улетучивается. Не знаю, может, в возрасте причина, но от спорта ничего кардинально не меняется, правду говоря. Но дневной график я составляю, отталкиваясь именно от тренировок: например, в последнее время перенес их на 9 утра. Раньше я был еще более ленив, чем сейчас, и позволял себе поспать до 11 и только потом ехать тренироваться. А сейчас, когда меня уволили, обнаружилось, что я страшно занят и совершенно ни на что не хватает времени. Так что встаю, моюсь и в полдевятого уже разогреваюсь на тренажере. Обычно до начала занятия — минут пятнадцать ходьбы, бегать не хочу из-за проблем со спиной. После тренировки — полчаса на эллипсе, я открыл для себя эллиптический тренажер, который раньше почему-то игнорировал, а он гораздо более эффективен.

С весами работаешь?
Работаю, конечно, гантели всякие, штанги, — но у меня нет цели поднять сто кило. Я и не пробовал, кстати, ни разу. Беру веса, которые позволяют мне спокойно работать в регулярном режиме — 65–70 кило. Хотя знаешь, когда я был студентом, первый ленинградский мединститут ездил на морковку в совхоз Глинки. Там была элитная бригада грузчиков, в которую я случайно попал. Ящик морковки весил 24 кило — ящик советский, такой, знаешь, грубо сколоченный, с занозами, и сбоку две дыры, в которые нужно было еще умудриться руки в перчатках просунуть. Так вот, чтобы сбросить морковку в прицеп трактора «Беларусь», этот ящик надо было поднимать на полностью вытянутых руках. Вот это был реальный жим — в день мы таких ящиков грузили минимум двести, если не триста. А сейчас в спортзале десять подходов, ну пятнадцать… Несерьезно.

Тем не менее спортзал уже давно неотделимая часть твоей жизни.
Это да, я иду в зал в любом состоянии, и в плохом настроении тоже. Мои тренеры это на себе испытали — иногда я не стесняюсь в выражениях. Многие цепенели вначале, но потом привыкли. То есть главное здесь — выговориться, и тренер мне кажется…

...частью спортивного оборудования? 

Ну, я не бью по нему ногами, конечно же, но да, он — часть декорации. И у меня в этой декорации довольно часто случаются эмоциональные перепады. Бывают сломы, бывают подъемы, очень много всего происходит за эти полтора часа. Могу прийти в зал ужасно злым, а уйти спокойным. Бывает и наоборот — когда что-то не получается и буквально ощущаешь себя дерьмом в проруби. Но при этом никогда не возникало даже мысли о том, чтобы отказаться от спорта.

Вы с Таней много времени проводите в Испании, как там ты поддерживаешь форму?
В любую поездку всегда беру спортивную одежду и стараюсь что-то придумать. Ну а в Испании есть набережная, это вообще идеальное начало дня. К тому же я сейчас нашел там тренера: невероятный красавец, модельной внешности бельгиец по имени Дитер. Обожаю его занятия, для которых используется все вокруг: скамейка на набережной, фонарный столб, парапет, газончик… У него бюджетный «фольксваген» какой-то или «опель», не помню, — открывается багажник, а там коврики, резинки, несколько «блинов», гирьки какие-то. И вот с этим нехитрым инвентарем час на фоне восходящего солнца… прекрасно! Это даже лучше, чем World Class, да простит меня Ольга Слуцкер. Нет, я без этого уже не могу, и думаю, что никогда не брошу.

Когда в твоей жизни случались глобальные перемены, в частности увольнение с канала, — тоже не бросал?
В запой не ушел, спорт не бросил, наоборот, как-то даже заниматься стал, не знаю, яростнее, что ли. Говорю же, это часть жизни. И если бы из зала выгнали, это, наверное, было бы гораздо хуже, чем с канала СТС, — мне так кажется. Для меня точно это имело бы больше последствий. Вот ни секунды не лукавлю.

Тем не менее трудно сказать, что увольнение не было для тебя травмой…
Да, это был, конечно, экстремальный период. Поначалу мы пребывали в какой-то странной эйфории, казалось, ничего страшного, жизнь продолжается, сейчас пойдут какие-то другие дела и занятия. Потом наступило неприятное привыкание к ситуации, что ты все меньше и меньше востребован. Ну а дальше, когда была пройдена низшая точка, я начал — как любой уважающий себя еврей — адаптироваться. Мне кажется, что это вот прямо наша национальная черта — проходить через низшие точки, выживать и выкарабкиваться.

Можно сказать, что сегодня ты полностью приспособился к ситуации?
На данном этапе, думаю, да. Я не оставляю надежд, у меня есть варианты перспектив. Более оптимистичные, более пессимистичные — я готов к любому. Как повернется — непонятно, но допускаю обе возможности развития событий, могу с этим сжиться, меня уже не разрывает внутри, как вначале. Я знаю, что обязательно что-то найду. К тому же в такой ситуации все время открываешь для себя какие-то новые ниши — недавно, к примеру, я провел в Челябинске мастер-класс для ведущих. Имел огромный успех.

Для телевизионных ведущих?
Ну каких телевизионных, сама подумай. Ведущих мероприятий. Два часа, полный зал — не «Крокус-сити», конечно, но аудитория довольно забавная.

А что за люди в Челябинске приходят послушать курс ведущих?
Представляешь, не только из Челябинска — из Беларуси были ребята, из Казахстана. Корпоративы — это же целый мир на самом деле, огромная индустрия.

Ты был одним из ее столпов. А сегодня кто в этой индустрии делает что-то заметное?
Есть другие столпы, люди-топы, их известность всегда связана с теликом — только он создает востребованность. Но на самом деле за эти годы выяснилось смешное: люди не понимают, что тебя нет в ящике. Звучит странно, но недавно в Южно-Сахалинске ко мне подходили со словами: «Михаил, как приятно! Буквально вчера видели вас по телевизору, и вот вы здесь». А «вчера»-то было уже года три назад.

Но ты же не будешь отрицать, что есть прямая связь между твоим исчезновением с канала и количеством мероприятий, вести которые тебя приглашают.
Да, конечно есть. Но в свое время Андрей Бочаров, мой коллега, сформулировал теорию космического объекта: объект очень долго падает, потом входит в твердые слои атмосферы и там сгорает. Но до сгорания проходит масса времени, в течение которого весь этот космический мусор вращается вокруг нашей Земли. Мы сейчас и есть такой мусор, который сходит с орбиты, но медленно. И мешает основным межпланетным объектам делить звездное пространство на прибыльные секторы.

Комментарии

4
Сусуватари
24 января 2017 0:40

Так это реклама спортивного клуба? ))))

GROG
23 января 2017 20:30

И всё равно с юмором)

Taylor
23 января 2017 13:04

На удивление ровное интервью, хорошо описан подход к тренировкам В остальном, как личность и его поступки пусть остаются на его совести

Добавить комментарий
Показать ещё
На нашем сайте используются файлы cookie. Если вы не хотите, чтобы мы использовали cookie-файлы, вы можете изменить настройки своего браузера, или не использовать наш сайт. Продолжая пользоваться сайтом, вы даете согласие на использование ваших cookie-файлов.