Бориску на царство

Эстрадная звезда Б.М. Моисеев утвержден на главную роль в фильме А.Г. Невзорова.

Фильм — комический триллер-фэнтези-боевик. Роль — Владимира Ильича Ульянова (Ленина). Производство, правда, приостановлено, но мы все равно решили поговорить с Борисом “о Ленине и о себе”. Прямо на Красной площади.

Борис Моисеев: Ну что, в Мавзолей внутрь будем заходить?
Андрей Прокофьев: Да он закрыт, оказывается.
Случайный турист (по мобильному телефону): Да, Оля, да. Вот иду по Красной площади, Борис Моисеев здесь вот прямо передо мной! Да! (Вокруг начинает собираться толпа.)
Б.М.: Не кричите вы так, б...дь, щас тут митинг целый соберется!
А.П.: Так фильм-то этот в работе, о Ленине?
Б.М.: Нет, этот фильм был в работе. Его закрутили-замутили. Прекрасный режиссер — Александр Невзоров — придумал интересную концепцию. Это не Ленин как Ленин. Это как если бы появился новый Ленин, с новой идеей, с новой революцией, с новым взглядом.
А.П.: C какой идеей?
Б.М.: Он немножко такой экстремальный, современный, который собирает вокруг себя продвинутых людей, любящих модные самолеты, модные машины. Очень интересные сцены восстания. Невзоров мне предложил роль вот такого Ленина-экстремальщика, мечтающего покорить не только всю Землю, но и другие планеты. Это такая фантасмагория-шизофрения.
А.П.: Фильм завернули?
Б.М.: Дело в том, что затормозились инвестиции. Проект очень масштабный. Есть, скажем, сцена, когда прилетают инопланетяне, которые, проникнувшись его идеями, предлагают Ленину улететь на другую планету, и тут начинается шумиха. И в одной из сцен на Красной площади должны были гореть 400 мерседесов. И вроде бы даже компания Mercedes давала какие-то бракованные машины или их скелеты для этой съемки, но главный инвестор соскочил.
А.П.: Вы должны были играть Ленина или быть в своем образе?
Б.М.: Я должен был играть себя, но чуть-чуть подражать облику Ленина.
А.П.: А пластически вы образ продумывали? Ведь Ленин довольно порывистый был, а вы, наоборот, вальяжный.
Б.М.: Бу-га-га. Конечно. Александр Нев­зоров специально приходил на мои концерты, мои шоу, и ему мой образ очень понравился: кошачья повадка, кошачья походка, немножко ехидства, немножко гламурности. (Звонит телефон.) Извините. Алле. Да. (В сторону.) Как они надоели, б...дь. День и ночь.
А.П.: Вы давно в Мавзолее были. Сохранились впечатления?
Б.М.: Лет 30 назад. У меня сохранилась тишина. Наверное, в ушах она у меня по сей день звенит. Есть тишина, которая звенит. Люди, входящие туда, получали сначала серьезную эмоциональную подготовку. Все начиналось с Александровского сада в 4 утра. Я помню этот рассвет, эта жара, эта Москва. Огромная церемония идет к Ленину, к идолу нашего государства, к богу нашего государ­ства, потому что бога никто не знал, знали только, что бог — это Ленин. И в песнях, и в танцах он был. Вот этот хруст жары, духота, и когда ты входишь в совершенно холодный мраморный саркофаг, ты понимаешь, что пришел к богу. Там прекращалось дыхание, прекращался шепот и люди шли как призраки, преклоняющиеся перед божеством. Вот это торжество я больше никогда в жизни не переживал.
А.П.: В целом образ Ленина у вас сложился? Каков он?
Б.М.: У меня к нему жалость, перемешанная с верой в него и с ощущением полного краха моей веры. Слово “Ленин” было вторым после слова “мама”. Мама-Ленин-партия-СССР. Мне кажется, он не настолько плох, как и мы все. Готовясь к роли, я читал много литературы, которая раньше не издавалась у нас в стране. О его гульбах, загулах.
А.П.: Гулять любил?
Б.М.: Очень. Меня это не удивило. Большевики гуляли, пили, кутили. И в Париже, и в Цюрихе, и в Лондоне, и в Варшаве. Они любили веселиться. Он был абсолютно, если говорить сегодняшним языком, гламурным персонажем. Просто та пропагандистская машина, которая строила образ Ленина на века, подавала его образ совершенно другим. Не может быть человек публичный без легенды. О нем (кивает в сторону фотографа Комлева) скажут “золотой глаз”, о вас — “золотые мозги”, обо мне еще что-то. Так же и о Ленине. Можно найти много негатива, но можно найти много положительного. Например, такие яркие картины, как Ленин и дети, Ленин на елке. У него была тяга и желание быть хорошим отцом. Он ведь и правда помогал детям. Создавал никому неведомые детские дома для беспризорных. (Звонит телефон.) Извините. Алле. Смотри, Лаврентий Палыч, давай мы с тобой встречаемся — ресторан “Купол”, конец Нового Арбата, выскакивая на Кутузовский. С правой стороны я тебя жду. В 15 минут шестого буду там. (Прокофьеву.) Извините, борьба требует ехать. До свидания!

Комментарии

2
03 июня 2014 19:46

Пусть поет, если хочет, ни кому не мешает.

Никита
08 августа 2007 21:51

Припеклись все к МОисееву! а между прочим очень образованый человек!!! И куда только Модераторы смотрят?Г??? сколько оскарблений выше!!!

Добавить комментарий
Показать ещё