Эксперимент: в теле толстого человека

Зачем они столько жрут? Могут ли они сами завязывать шнурки? Как им вообще живется? Корреспондент немецкого Men’s Health примерил на себя тело толстого человека, чтобы ответить на все эти вопросы.

В последние несколько дней я смотрю на многие вещи другими глазами. И вижу, как незнакомые мне люди оборачиваются, показывают на меня пальцем, шепчутся, иногда даже смеются. Когда я еду в метро. В супермаркете. В ресторане. Когда ем — чаще всего когда ем. Тогда я стыдливо оглядываю себя — тело, которое мне не принадлежит. И да, я не вижу своих ног.

Фото 1 - Эксперимент: в теле толстого человека

Я придумал стать таким, когда просто выпивал с другом. Мы коротали вечер с парой пива на берегу реки. У моего приятеля, Каи, был явно тяжелый день, он молча смотрел в пустоту. «Ну, давай!» — я протянул ему свою бутылку, чтобы чокнуться. Каи отставил пиво и сказал, продолжая смотреть в никуда: «На моем месте ты бы не вынес и недели. Попробуй походить с таким слоем жира на теле, чтобы понять хотя бы примерно, как я живу». Я отхлебнул пива и задумался над этой идеей. Для справки: Каи весит 139 кило.

Толстякам не позавидуешь. Их жизнь труднее, а умирают они в среднем на 10 лет раньше, чем их худые сверстники. Лишний жир в нашем организме наносит нам ущерб, сопоставимый с ущербом от курения. В мире уже 1,5 млрд человек страдают избыточным весом, это число удвоилось с 1980 года — то есть число толстяков растет быстрее, чем собственно население. Некоторые эксперты говорят об эпидемии ожирения как о какой-то чуме или холере (по данным НИИ питания РАН, в России 60% женщин и 50% мужчин после 30 таскают на себе то или иное количество лишних кг).

Если ты — преданный читатель Men’s Health, то слышал об индексе массы тела (ИМТ), с помощью которого определяют, насколько ты удалился от нормы в сторону ожирения. Возводишь свой рост (в метрах) в квадрат, потом делишь свой вес (в кг) на получившееся число — и если результат ниже 25 единиц, то ты в норме. У Каи, для сравнения, ИМТ равен 38. Каи, слышишь меня? Каждая добавленная к норме ИМТ единица увеличивает риск преждевременной смерти на 10%!

Впрочем, это довольно грубая методика расчета. Для уточнения оценки, жирный ли ты или можешь съесть еще кусочек, — меряют талию. Нормы тут разные для мужчин и женщин. Тучные люди делятся на два типа: «яблоки» (андроидное распределение жира по телу) и «груши» (гиноидное распределение). У «яблок» жировая ткань находится в основном в брюшной полости и распределена вокруг внутренних органов. Они чаще страдают сердечно-сосудистыми заболеваниями. У «груш» большая часть жировой ткани расположена в области бедер и ягодиц. Они подвержены болезням костей и суставов. Мужчины чаще полнеют как «яблоки». Женщины — как «груши».

Мощное тучное тело без головы лежит передо мной. Из-за разреза на спине оно выглядит как кокон, из которого только что появился на свет какой-то инопланетный монстр. Внутренности этой оболочки точно соответствуют размерам моего тела — над костюмом более полутора недель работала портниха. Внутри тесно и жарко, плюс ноги ощутимо чувствуют выросшую нагрузку. Один только костюм весит 10 кг, плюс еще почти 30 кг, которые я распределил по телу в виде пояса и браслетов — в результате я вешу теперь 129 кг. Сильнее утяжелиться у меня не получилось, и я все равно на 10 кило легче, чем Каи сейчас, и на 25 — чем когда он достигал своего максимума в полтора центнера.

Фото 2 - Эксперимент: в теле толстого человека

ЧТО ТАКОЕ ОЖИРЕНИЕ

«Ожирение первой степени» — это когда индекс массы тела превышает 30 единиц. Но для уточнения своей ситуации измерь талию в окружности. Даже если ИМТ в норме, объем талии свыше 94 см свидетельствует — ты толстый, и это плохо для здоровья.


ОБЪЕМ ТАЛИИ МУЖЧИН РИСК ДЛЯ ЗДОРОВЬЯ
<94 смотсутствует
>94 смневысокий
>102 смвысокий

Без посторонней помощи я не могу ни влезть в костюм, ни вылезти из него. Одевшись, я двигаюсь примерно так же, как нефтяной танкер в гавани для яхт. Вы спрашивали, отвечаю — да, я не могу завязать шнурки на ботинках: я не только не дотягиваюсь до них, но даже не вижу за своим пузом сами ботинки. Мне вообще не очень хочется двигаться — просто потому что это весьма тяжело. «Недостаток движения приводит к полноте, а избыточный вес отбивает желание двигаться», — описывает этот замкнутый круг профессор Аня Гилберт из Объединенного центра исследований ожирения в Лейпциге. Возразить сложно. Но мне непонятно, как вообще можно набрать такой вес.

Простое объяснение — «толстым становится тот, кто много ест». Как любая простая теория, эта верна не до конца. «По разным оценкам, от 30 до 70% случаев ожирения обусловлены действием генетических факторов», — отмечает профессор Гилберт. Обмен веществ у разных людей отличается — одни перерабатывают большую часть еды в энергию, другие многое запасают в виде жировых отложений. Тогда вот еще одно простое суждение — людям второго типа стоит поменьше есть и побольше двигаться. И опять — есть одно «но».

Многие люди страдают ожирением, просто потому что не могут контролировать потребление пищи. Представь себе наркомана, которого в одиночку заперли на складе конфиската Федеральной службы по контролю за оборотом наркотиков — примерно так себя чувствуют наши герои каждый день. Автор книги «Конец обжорству» Дэвид Кесслер описывает 112-килограммового журналиста, который многократно бывал в горячих точках, бесстрашно брал интервью у террористов и наемных убийц, но оказывался абсолютно безвольным при виде пакетика M&M’s на столе. «Первая конфетка принесет мне невероятный кайф. Я буду продолжать их есть и чувствовать, как мне становится дурно, как сахар прожигает дыру в желудке, но не остановлюсь. Каждый мой день — это путь от завтрака до ужина по минному полю. Мне легче понять террориста-смертника, чем кого-то, кто равнодушен к еде», — говорит герой книги.

Фото 3 - Эксперимент: в теле толстого человека

Последствия такой «наркомании» мучительны. Я хожу покачиваясь, как пингвин, который тяжело ступает, увязая в болоте. Сначала еще пытался подниматься по лестнице, но со второго дня я благодарен всем достижениям цивилизации, которые переносят меня вперед, вверх или вниз — лифты и эскалаторы стали неотъемлемой частью моей жизни. Каждый шаг отнимает силы, и я обливаюсь потом так сильно, что из моего костюма поднимается вверх теплый воздух. Для всех худых я — живой аттракцион. Они на меня пялятся и шушукаются. Зеваки стоят вокруг и надеются, что я на их глазах попаду в мучительную для меня ситуацию. Взять, например, случай в пивном ресторане: там я весьма удачно усаживаюсь в пластиковое кресло и больше не могу из него выбраться — вот умора, да? То же самое происходит со мной в кино, в офисе.

Поскольку мой автомобиль теперь мне мал, я стал пользоваться автобусом. Чтобы просто попасть внутрь, я должен протискиваться в салон боком. Передвижение между креслами превращается в показательное выступление по фигурному катанию на гребне скалистого хребта. Когда сажусь — занимаю два сиденья, и больше всего в этот момент мне хочется втянуть голову в панцирь, как это делает черепаха. Некоторые пассажиры смеются, другие смотрят на меня, как будто я в час пик в центре города припарковался, заняв сразу два места. Наверняка в автобусе есть люди, которым я безразличен, но их я не замечаю.

«Есть люди, которые, едва войдя в автобус, говорят: «Эй, жирдяй, свали-ка отсюда, тут двое сесть могут», — рассказывает Каи. Со мной такого не случалось, и я не знаю, как бы отреагировал на такие слова. Если Каи в хорошем настроении, он пытается уговорить собеседника быть добрее. Если в скверном, то он ничего не говорит и выходит на следующей остановке.

Яркое впечатление у меня оставило посещение фаст-фуда. Я пришел в кафе в обычное для обеда время, заказал бургер, жареную картошку и колу. Кассир посмотрел на меня и спросил: «Это все?» Этот дурацкий стандартный вопрос меня всегда нервировал и раньше, а сегодня он меня просто взбесил. Потому что в его вопросе было еще несколько: «Это все? Я имею в виду — это точно все? Может быть, еще один мегабургер с тройным сыром и двойным беконом? Или десерт? А как же большое мороженое с двумя порциями ванильного соуса и горой шоколадных шариков сверху? Ты же явно любишь поесть!»

Фото 4 - Эксперимент: в теле толстого человека

А может, я принимаю свою «полноту» слишком близко к сердцу? Я молча расплачиваюсь и ищу место для себя и моего подноса, на который люди пялятся так, будто там испускающая пар куча навоза. Причем эти взгляды везде одинаковы — не важно, ем ли я фаст-фуд или заказываю в вегетарианском ресторане салат без приправы. Как только начинаю жевать, превращаюсь в живое подтверждение предрассудка о безудержной прожорливой машине. Не представляю, что бы я чувствовал у шведского стола.

«Люди с избыточным весом ленивы, слабовольны, глупы» — таково широко распространенное мнение. «Толстяки должны прикладывать в работе вдвое больше усилий, чем худые, чтобы получить такое же признание», — говорит Каи. Так зачем это все? Почему вы не можете справиться с собой и прекратить жрать, раз уж испытываете такое давление?

Да потому что еда — это и есть наркотик. Организм привык регулировать потребление пищи с помощью двух механизмов. С одной стороны, существует система вознаграждения — еда приносит удовольствие, предвкушение которого заставляет нас искать пропитание. С другой стороны, организм стремится к равновесию — мы должны почувствовать сытость, когда потребили достаточное для жизнедеятельности количество калорий. А вот у людей, более других склонных к депрессиям (по чисто биохимическим причинам), эта связка может сломаться. Равновесие уже не берется в расчет, механизм вознаграждения требует больше и больше вкусного, чтобы заглушить тоску. Кто-то топит печаль в водке, кто-то пудрит ее кокаином, а герои нашей статьи сидят на шоколадках. «Многие с раннего детства привыкли бороться со стрессом едой — для них это единственный способ успокоиться», — соглашается Аня Гилберт. Современная пищевая индустрия только способствует эпидемии ожирения, производя нарочито наркотическую пищу для таких страдальцев (подробнее см. текст «Вкусный наркотик» на предыдущей странице).

И вот тут возникает еще один замкнутый круг. Заел депрессию конфетами — растолстел — чувствуешь на себе осуждающие взгляды, расстраиваешься — вновь тянет к конфетам. Толстым людям сложнее заставить себя обратиться ко врачу или отправиться в спортзал — везде будут на них пялиться. Им проще сидеть дома и вариться в собственных печалях, заедая их все новыми порциями килокалорий.

В Университете штата Невада, например, разработана программа, которая предполагает прежде всего психологическую реабилитацию людей, страдающих лишним весом. И, что интересно, добровольцы, участвовавшие в этой программе, худели очень быстро и эффективно. Если у вас есть толстый родственник или друг — не ругайте его за переедание, а попробуйте поддерживать беднягу в хорошем настроении, гуляйте с ним, веселите и все такое.

Признаюсь, я не протянул в атмосфере всеобщей ненависти запланированную мной неделю и сдался через 5 дней. Скинув разом 40 кг, я почувствовал, как освободился от цепей. Впрочем, лишний вес, как и вообще любое отклонение от нормы, — это тяжелое испытание, и далеко не только физическое. И можно твердо стоять на ногах, даже не видя их.

Кстати, Каи нашел себе компанию для походов в зал и теперь три раза в неделю занимается боксом. «В кругу близких знакомых, которые поддерживают меня, занятия спортом — уже не проблема», — говорит он.

ВКУСНЫЙ НАРКОТИК


Рацион наших диких предков лишь на 10% состоял из жиров, а сахар они получали только из фруктов. Так как эти вещества нужны человеку, природа придумала способ заставить его искать их более настойчиво — просто сделала так, что жирную и сладкую пищу мы воспринимаем как более вкусную. Но проблема в том, что теперь жир и сладости доступны в любых количествах. А пищевая индустрия еще и вносит свой (решительный) вклад в проблему переедания. Тщательно продуманные комбинации жира, сахара и соли входят в состав всех тех вредных продуктов, от которых у тебя текут слюнки. Кстати, ты не задумывался, почему дети — существа менее стойкие духом и, что скрывать, более близкие к животному миру, просто сходят с ума от «Макдоналдса» и чипсов?


Насколько подобная сверхвкусная еда может разрушать естественные ограничительные механизмы человека, показал другой эксперимент. Американские ученые набрали добровольцев, которые в обычной жизни потребляли не более 3000 ккал в день, и велели им есть сколько хочется (несмотря на здоровье и «мама запрещала»). В состав «диеты» вошла любимая всеми пища — чипсы, белый хлеб, колбаса, сосиски, бургеры, сладости и т. д. У большинства испытуемых доза сразу выросла до 4500 ккал, а один из добровольцев съедал не меньше 7000 ккал. При этом доля белков в рационе сократилась, а жиров и сахаров — выросла.

Фото: Corinne Giuliani, Oliver V. Giese

Комментарии

21
сергей
02 мая 2016 9:17

Толстых надо беречь , авось потом пригодятся

GROG
20 февраля 2016 9:57

Эксперимент - шикарный.
Такие репортажи читаешь и как будто в сюжете оказываешься)
Я сам 130 кг,так что всё что в статье - до боли знакомо.
Пора худеть(

Денис
17 августа 2015 14:28

А почему бы просто по просту не занятся самоконтролем и просто меньше кушать? Может просто таким людям нужен какой то стимул? Да, стимул действительно нужен, и он такой же огромный, как и ожиревшие люди. Во-первых, это отношение других людей к тебе, как только ты начнешь сбрасывать вес, сразу же увидишь как меняется отношение окружающих тебя людей. Во-вторых, это конечно же облегчение. Тебе будет на много легче ходить, легче преодолевать препятствия. В третьих сразу же наладятся отношения в семье, ну разве же это не хорошо. Да и еда в самом деле как наркотик, но стоит отказаться от привычного рациона толстяка на непродолжительный срок, и тянуть съесть все подряд пропадет. Ну еще не много физических нагрузок, и все получится.

Добавить комментарий
Показать ещё