Мое контрабандное сердце

Правдивая история человека, доверившего собственную жизнь стволовым клеткам и хирургу-доминиканцу.

Фото 1 - Мое контрабандное сердце

Таким беззащитным американец Рон О’Лири не чувствовал себя еще никогда за 36 лет жизни. Несколько минут назад его уложили под рентгеновский аппарат и раздели ниже пояса. Медсестра мажет ему паховую зону коричневым антисептическим раствором. Пока врачи готовятся к операции, бывший здоровяк О’Лири (188 см, 95 кг мышц) как загипнотизированный смотрит на инструмент — длинную пластиковую трубку с тонкой иглой на конце. Он знает, что сейчас произойдет. Сначала хирург введет этот катетер ему в бедро — прямо в артерию. А затем начнет медленными толчками продвигать шланг вглубь. И так до самого сердца. Одно неосторожное движение — и О’Лири покойник. Трубка может разорвать кровеносный сосуд или повредить сердечный клапан.

Обо всем этом Рону рассказали, когда он давал согласие на операцию. Ему пришлось поставить свои подписи сразу на 12 листах договора. Эти бумаги — не простая формальность. Теперь, если что-то пойдет не так, врачи не будут отвечать за последствия. О’Лири приходится так рисковать. Если ему не сделают опасную операцию сейчас, то через пару лет может быть уже слишком поздно. Его сердце становится слабее с каждым месяцем.

* * *

Все началось 11 месяцев назад. Сначала Рон заметил, что внезапно стал каким-то вялым. Потом появилась одышка. О’Лири начал сильно уставать на работе, а работать приходилось помногу — у него был собственный ресторан. Однажды его увезли на скорой в больницу, где поставили диагноз «пневмония» и отправили пить антибиотики. Спустя неделю он стал кашлять кровью и уехал на скорой в другой госпиталь. При повторном осмотре О’Лири на всякий случай сделали кардиограмму. Оказалось, не зря.

У О’Лири обнаружили смертельно опасную болезнь — дилатационную кардиомиопатию.

У пациентов с таким диагнозом сердце начинает увеличиваться в объеме. Его мышцы растягиваются и постепенно слабеют. У здорового человека левый желудочек сердца за один удар выстреливает 55-70% от общего объема помещающейся в нем крови. «Мотора» О’Лири хватало только на 8%, так что сердце еле-еле проталкивало кровь ему в легкие. Медикаментами и процедурами врачи разогнали этот показатель до 30%, но и это — уровень инвалидности.

«Отупение. Полный крах, — вспоминает Рон свою первую реакцию. — Я вообще до этого никогда особо не болел, только регулярно ходил к стоматологу. А тут кардиолог сообщил мне, что такого слабого сердца он не видел никогда, и посоветовал задуматься о пересадке донорского органа».

Врачи так и не смогли сказать пациенту, почему его мотор внезапно дал сбой. В роду у О’Лири ничего подобного ни у кого не было. Возможно, болезнь вызвала какая-нибудь вирусная инфекция вроде обычного гриппа. И не было никакой уверенности, что спасение — в пересадке. Подходящее сердце хирурги могут искать годами. Не факт, что у Рона был такой запас времени.

И тут О’Лири клюнул на рекламу, предлагавшую выход — дорогой, не до конца испытанный, но зато быстрый.

* * *

Фото 2 - Мое контрабандное сердцеЧасы на стене тускло освещенного отделения сердечно-сосудистой хирургии частной клиники Centro de Otorrino в центре Санто-Доминго, столицы Доминиканской Республики, показывают два пополудни. Стоящий над О’Лири хирург Роберто Фернандез де Кастро набирает в шприц вязкую жидкость мутно-желтого цвета. Это и есть экспериментальное лекарство, которое должно привести сердце в порядок. Никакой химии — раствор содержит 95 млн стволовых клеток. Попав в сердце, они начнут делиться и образовывать новые кровеносные сосуды и мышечные волокна. Это их обычная работа. Нервы, связки, кожа и кости — все в организме образуется из стволовых клеток, без них просто никуда. Такие клетки есть у каждого человека с самого рождения и в любой части организма. И сейчас медики учатся использовать их в лечебных целях.

Доктор Фернандез привинчивает шприц к переходнику, соединенному с катетером. Его коллега Гектор Розарио начинает проникновение в артерию. Вскоре игла, венчающая конструкцию, появляется на черно-белом мониторе, который ведет трансляцию из сердца О’Лири. Игла ищет нужное место на стенке левого желудочка. Доктор Розарио нажимает на шприц и вводит стволовые клетки прямо в сердечную мышцу.

«Черт! — вздрагивает Рон. — Колет!» На мониторе электрокардиографа четкий ритм сердца сменяется чередой беспорядочных колебаний. Доктор Фернандез бормочет что-то на испанском, а доктор Розарио крепче сжимает шприц. «О, эта кароший знак», — на ломаном английском объясняет он. Боль говорит о том, что в сердечной мышце достаточно живой ткани, и это поможет стволовым клеткам прижиться и начать процесс регенерации. Фернандез проталкивает иглу к следующему участку на стенке желудочка и вкалывает еще порцию раствора.

Доминиканская Республика — одно из самых бедных государств в Карибском море и не может похвастать высоким уровнем медицины. Американские хирурги прооперировали бы О’Лири в два счета и сделали бы это лучше. Но одна проблема — после этого их бы тут же отдали под суд.

* * *

Несмотря на миллиардные затраты на исследования, прогресс в науке и все достижения в продлении жизни человека, с поврежденным сердцем все еще мало что можно сделать. В случае обширного инфаркта или такого заболевания, как у О’Лири, выбор ограничен: либо сиди дома овощем, либо становись в очередь на пересадку. Сердце — один из самых сложных органов, со своей собственной электрической системой и уникальной мышечной тканью. Оно сокращается по 100 000 раз в сутки. У него просто не хватает времени на восстановление.

Вот почему кардиологи всего мира возлагают такие надежды на новую клеточную технологию. «Всего лет 10 назад мы даже не догадывались, что такие органы, как сердце, способны к регенерации, — говорит кардиолог, директор Института стволовых клеток Университета Майами Джошуа Хэа. — Сегодня мы понимаем, что ему надо лишь помочь запустить процесс. Терапия стволовыми клетками меняет парадигму лечения любых сердечных заболеваний, будь то последствия инфаркта, аритмии или кардиомиопатии. Я предрекаю, что через 10-15 лет проблемы с сердцем перестанут быть самой распространенной причиной смерти в развитых странах».

Но пока в тех самых развитых странах лечить и сердце, и многие другие важные органы стволовыми клетками не разрешено. Новая технология должна быть тщательно исследована и проработана. «Проблема в том, что врачи сами не до конца понимают, как именно это работает, — разводит руками доктор Хэа. — Может быть, стволовые клетки способны посылать сигналы другим клеткам, призывая их в определенную область для помощи в восстановлении. А может, они будят стволовые клетки в самом сердце».

Фото 3 - Мое контрабандное сердцеКакова верная доза инъекции, каков оптимальный метод ввода, какой срок должен пройти между сердечным приступом и процедурой? Наконец, какие из сотен видов стволовых клеток наилучшим образом подходят для задач восстановления сердечно-сосудистой системы? На поиск официальных ответов уйдут те самые 10-15 лет и десятки миллионов долларов.

Сейчас в США стволовые клетки в порядке эксперимента вводят небольшим группам добровольцев. К примеру, кардиолог из Северо-Западного университета Дуглас Лесордо наблюдает за командой из 167 добровольцев с тяжелой формой кардиомиопатии. Больные, получившие новое лечение, лучше справляются с физическими упражнениями. Они способны продержаться на беговой дорожке на 120 секунд дольше других пациентов — это как дополнительные 10 минут спокойной ходьбы. Больной, который раньше с трудом доходил от спальни до кухни, сможет спуститься во двор и немного погулять. Неплохой результат, но это — только начало эксперимента. Нет никакой гарантии, что у добровольцев внезапно не начнутся серьезные неприятности со здоровьем. Проблемы могут возникнуть и через много лет после пересадки.

В 2005 году в израильский медицинский центр «Шиба» обратились родители тринадцатилетнего мальчика, жаловавшегося на сильные головные боли. У пациента обнаружили две опухоли, в головном и спинном мозге. Вот какое совпадение — именно туда ребенку за несколько лет до того вводили стволовые клетки, полученные от разных доноров. Так его пытались вылечить от синдрома Луи-Бара. При этом врожденном заболевании человек постепенно утрачивает способность контролировать свои мышцы.

Инъекции были сделаны в одной из клиник Москвы. Нелегально — в России, как и в США, лечить синдром Луи-Бара стволовыми клетками запрещено. После укола у ребенка должны были начать расти новые нервные волокна. Но все пошло не так. Израильские хирурги вырезали опухоли и отправили на генетический анализ в университет Тель-Авива. Оказалось, что ДНК в этих образцах принадлежат не самому пациенту, а сразу двум посторонним людям — явно тем самым донорам. Имя пациента медики отказываются раскрывать до сих пор, это врачебная тайна. И дальнейшая его судьба с тех пор неизвестна. Но эта история подогрела недоверие регулирующих государственных органов к новой технологии.

* * *

Пока в развитых странах исключение сделано всего для нескольких операций. Среди них — пересадка стволовых клеток костного мозга, помогающая восстановить нормальный состав крови у больных лейкемией. Этот метод хорошо проверен временем — первую трансплантацию осуществили почти 50 лет назад. Но в Доминикане никаких ограничений нет вообще. Чем и пользуются авантюристы от медицины. 44-летний кардиолог Заннос Грекос, глава американской компании Regenocyte, организовал сложную схему работы со своими пациентами. За неделю до операции Рон О’Лири сдал кровь в штаб-квартире Regenocyte во Флориде. Срочным курьером это «сырье» передали в лабораторию TheraVitae в Тель-Авиве, где из крови выделили стволовые клетки и за пять дней добились роста их количества в тысячи раз. Утром операционного дня специалист TheraVitae прибыл самолетом в столицу Доминиканы Санто-Доминго, держа на коленях контейнер, в котором при определенной температуре хранился уже знакомый нам мутный раствор. Несложно догадаться, что клиника Centro de Otorrino, в которой оперируют О’Лири, принадлежала все тому же Грекосу.

Вся процедура обошлась пациенту в $64 500 наличными. «Брать такие деньги за не прошедшую всех испытаний процедуру — самый настоящий грабеж», — негодует Эмерсон Перин, медик из кардиологического Института Техаса. «К тому же опасный грабеж, — соглашается Амит Патель из Университета штата Юта. — Пациент с ослабленным сердцем может умереть от одного неудачного чиха. А такие операции проводятся в небольших клиниках, где нет возможности оказать больному серьезную помощь, если что-то вдруг пойдет не так».

«За всю историю клиники у нас не умер ни один пациент», — парирует Грекос. Это одна из немногих цифр, которые глава Regenocyte готов раскрыть с радостью. Вместо цифр на сайте компании вывешены интервью с благодарными клиентами — семь коротких роликов. Между тем на счету Regenocyte уже 75 операций и подробности лечения остальных пациентов не сообщаются. Скрытность — общее правило для индустрии контрабандного лечения стволовыми клетками. Международное общество клеточной медицины (ICMS, группа медиков и ученых, которая пытается контролировать деятельность таких компаний, как Regenocyte) обратилось к руководству 20 «стволовых» клиник в Доминиканской Республике, Индии, Китае и Таиланде. Эксперты попросили бизнесменов предоставить медицинские данные прооперированных пациентов. Не ответил никто.

Regenocyte, впрочем, раскрывает еще один обобщенный показатель: после операции у ее пациентов способность сердца перекачивать кровь в среднем возрастает на 21%. Результат О’Лири скромнее — через полгода после процедуры, на которой присутствовал автор этой статьи, его сердце прибавило только 14%.

Правда, он рад и этому. По телефону голос О’Лири звучит совсем как до операции — он с трудом произносит слова из-за сильной одышки. Но на этот раз болезнь здесь ни при чем. «вы не поверите! — говорит О’Лири. — но я только что проехал на велосипеде 30 км».


КСТАТИ!

В научных лабораториях по всему миру отрабатывают технологии работы со стволовыми клетками. Возможно, через 10 лет такие операции разрешат делать уже и в обычных больницах.


Спинной мозг

Испанские биологи придумали способ восстанавливать спинной мозг после серьезных травм — пока только у лабораторных крыс. Ученые делают парализованным грызунам инъекции стволовых клеток. Попав в спинной мозг, клетки размножаются и образуют новую нервную ткань. Через несколько недель к грызунам возвращается способность двигаться. Эксперименты на людях могут начаться уже через пару лет.


Глаза

Прошлой зимой в Колумбийском университете (США) начали прозревать слепые мыши, проблемой которых было повреждение сетчатки. Ученые вырастили им новую сетчатку с помощью нескольких инъекций стволовых клеток в глаза. У людей с аналогичными проблемами сейчас есть только один способ вернуть зрение — дорогая и сложная операция по пересадке сетчатки.


Ум

Биологи Университета Калифорнии отработали на грызунах новый метод восстановления раковых больных после радиотерапии. Сначала мозг крыс четыре недели подвергали действию жесткой радиации. Такое часто проделывают и с больными людьми — чтобы разрушить опухоли. Без побочных эффектов тут не обходится. Вот и у крыс способность решать простые головоломки (например, находить выход из лабиринта) снизилась на 50%. Инъекции стволовых клеток в мозг быстро привели грызунов в форму.


Кишки

Сотрудники детского медицинского центра в Цинциннати научились выращивать человеческие органы. Для этого они взяли немного стволовых клеток и поместили в питательную среду. А потом добавили туда определенный набор гормонов, управляющих их поведением. Через несколько месяцев в распоряжении ученых был практически готовый кишечник. Выращенные в пробирке внутренности планируется использовать для пересадки.


Сперма

Биологи из университета Ньюкасла (Великобритания) получили первую в мире искусственную сперму. Они вырастили человеческие сперматозоиды с нуля из стволовых клеток. Вот и все — проблема мужского бесплодия решена, достаточно взять у клиента немного стволовых клеток (например, из крови). Правда, испытать сперму в действии ученые пока не могут. Такие эксперименты признаны неэтичными, и их запрещает закон.



Если ты решился на терапию стволовыми клетками уже сейчас — прочти наши советы.

Фото 4 - Мое контрабандное сердце

ПОДУМАЙ ЕЩЕ РАЗ

Не соглашайся на такое лечение без крайней необходимости. Ищи альтернативу. «Обязательно обсуди пересадку стволовых клеток со своим лечащим врачом, — говорит медик из университета Дьюка (США) Сэм Мун. — Вместе вы должны взвесить все за и против. Скорее всего, твое здоровье можно поправить старыми, испытанными методами. Так будет надежнее. Обычная хирургическая операция может оказаться быстрее, дешевле и безопаснее».


ТРЕБУЙ ЛИЦЕНЗИЮ

В России стволовыми клетками официально разрешено лечить только аутоиммунные заболевания и болезни крови. Лицензию на конкретные операции выдают конкретным клиникам. Потребуй показать тебе такой документ в клинике, в которую ты обратился. Затем зайди на roszdravnadzor.ru и вбей в строке поиска номер лицензии. Если в результатах поиска твоей клиники нет — не связывайся с ней.


ОСТЕРЕГАЙСЯ МЕСТНЫХ

В менее зарегулированных странах, например, Индии и Китае, поставлена на поток терапия стволовыми клетками заболеваний мозга и сердца. Если тебе придется ехать туда — обращайся в местные отделения компаний из Европы и США. У них более квалифицированный персонал, чем в клиниках совсем уж локального происхождения.


ЗАДАВАЙ ВОПРОСЫ

Требуй от врачей не историй благодарных пациентов, а фактов. Спроси, прошел ли метод клинические испытания, и попроси своего лечащего врача посмотреть на их результаты. Узнай, скольким пациентам в клинике уже сделали такую операцию. Ты же не хочешь оказаться в числе первых 10 подопытных кроликов?


ЗНАЙ ПУТИ ОТХОДА

 

Ни один даже самый хороший врач не может гарантировать стопроцентный результат. Изучи потенциальные риски. Прочти документы, которые тебя попросят подписать, — там должен быть список возможных побочных эффектов от операции. Убедись, что имеешь дело с крупной клиникой. У врачей должна быть возможность не только пересадить тебе стволовые клетки, но и провести реанимацию, если во время операции вдруг возникнут проблемы.


Текст: Марк Коэн, Антон Степнов

Фото: Mauricio Alejo

Комментарии

10
Олег
12 октября 2014 20:10

Да уж...Пусть такое не встретиться ни у кого..Шанс везде и во всем может быть, нужно его давать себе и пробовать любое.

Георгий
18 августа 2014 10:13

моё сердце осталависта..

08 июня 2014 21:07

Нужно цепляться за каждую соломинку.

Добавить комментарий
Показать ещё