Месть: откуда берется навязчивое желание наказать обидчика

Жажда мести — древнейший инстинкт, который роднит человека с воронами и волками и зачастую создает нам массу проблем. Считаешь, что каждого твоего обидчика должна настигнуть суровая кара? Остынь и, прежде чем забирать зуб за зуб, разберись, что тобой движет на самом деле.
Фото 1 - Месть: откуда берется навязчивое желание наказать обидчикаКто к нам с мечом
Ты дал себе клятву расквитаться за обиду? Но карающий меч может обернуться против тебя.

Чем больше я раздумывал о том, как меня ободрал «сертифицированный» профессионал, тем хуже мне становилось. Меня переполняла ярость, я чувствовал свое бессилие. Я попробовал убедить себя, что в конце концов карма достанет его. Я попытался выпустить пар в спортзале. Ничего не помогало. И я позвонил адвокату.

Назовем его Спайком. «Ненавижу этих тараканов», — сказал Спайк, услышав мою историю. На слушание дела через месяц мой враг явился со своим адвокатом; оба нагло ухмылялись. Враг заявил: в договоре четк­о прописано, что консультант ни при каких условиях не обязан платить за ошибки. Спайк возразил: тут не ошибка, а подделка фактов. На удивление, судья вынес решение в нашу пользу: консультант должен вернуть мои $400 и оплатить половину стоимости ремонта крыши.

Я боялся, что победная улыбка свихнет мне челюсть. Но мой экстаз длился недолго — пока я не обернулся, чтобы взглянуть на своего заклятого врага (как говорят: «Мне мало моего успеха, я должен видеть, как другие терпят неудачу»). Невыносимая ухмылка не просто не исчезла с лица консультанта — она теперь располз­лась на ползала. «Ты, может, и «победил», — проблеял его адвокат, изобразив кавычки пальцами в воздухе, — но ты ничего не получишь. Мой клиент позаботился о том, чтобы защитить себя от таких решений».

Еще хуже мне становилось от мысли, что мой заклятый враг обо мне уже и думать забыл: беззаботно нежится у бассейна или несется по шоссе в открытом автомобиле, а я тут корчусь в тис­ках гнева и обиды!

Я не знал, что это значит, но сама фраза вызвала во мне инстинктивное отвращение. Позже в коридоре Спайк рассказал мне, как мошенники прячут свои активы от судебных исполнителей. Консультант, проходивший мимо, открыто заржал. Желание удушить его буквально захлестнуло меня. Спайк положил руку мне на плечо. «Не переживай, — сказал он. — Я еще не сдался».

Но и спустя три месяца от Спайка ничего не было слышно. Ухмылка мошенника все так же стояла перед моими глазами. Еще хуже мне становилось от мысли, что мой заклятый враг, скорее всего, обо мне уже и думать забыл. Он, например, беззаботно нежится у бассейна или несется по шоссе в открытом автомобиле, а я тут корчусь в тис­ках гнева и обиды! «Это обычная история, — комментирует психолог Арлин Стиллуэлл. — Обидчики и их жертвы обычно совсем по-разному оцениваю­т произошедшее. Когда мы наносим другим вред, мы склонны занижать его масштабы в собственных оценках, оправдывать себя и вытеснять вину из памяти. Но когда точно так же вредят нам, мы чувствуем себя жертвами не­справедливости вселенского масштаба».

Мой стриатум мучил меня соблазнительными видениями: вот я швыряю шлакоблок в окно дома моег­о врага, вот поджигаю его машину. Моя префронтальная кора задавалась вопросом: не развяжет ли враг в отве­т тотальную войну, которая затронет и мою жену, и моих маленьких сыновей? Я прислушивался к «голосу разума», но я чувствовал себя не в своей тарелке.

Не зря влиятельный отчет 1948 года в American Journal of Psychoanalysis определил неудовлетворенную жаж­ду мести как причину психических расстройств и всплесков агрессивного поведения. «Автор отчета считал, что у слабовольных людей это становится идеей фикс, и в их психике воцаряется хаос», — комментирует биолог Маккаллох. Если не принять меры, то это может стать смыслом жизни человека, исказив все его сознание.

Адвокат Спайк позвонил утром в канун Рож­дества. «Я добрался до него, — сказал он. — Я добрался до этого таракана». Спайк объяснил, что отправил копии постановления суда во все банки штата. «Я подумал, что у него должен быть скрытый счет хоть где-то, чтобы он мог обналичивать чеки и оплачивать секретаря, — сказал Спайк. — И я оказался прав». В одном малоизвестном банке в сельской час­ти штата у мошенника на счету оказалось достаточно средств, чтобы заплатить по суду мне, и даже хватило на вполне заслуженную долю Спайку. «С Рождеством!» — сказал он.

В последний раз я видел Спайк­а несколько месяцев назад. Но сейчас я представлял его этаким Клинтом Иствудом в крутых чапсах. Я поблагодарил его восторженным воплем, повесил трубку и вприпрыжку отправился в торговый центр. Я потратилс­я на подарки своей жене и сыновьям, а мне самому подарок не требовался — достаточно было представлять, как угасает ухмылка на лице этого ублюдка.

Мой обидчик оказался не суперзлодеем, а обыкновенным пройдохой. Я услышал его приглушенный всхлип, и в тот же момент вся радость мести стала горькой

В 9 вечера в тот же день, когда дети уже были в постели, а завернутые подарки — под елкой, телефон зазвонил снова. У меня замерло сердце — я был уверен, что это Спайк с сообщением о новых юридических препонах. Но в трубке оказался какой-то разгневанный незнакомец, выкрикивавший угрозы убить меня.

Это был то самый консультант, который только что обнаружил недоста­ток средств на своем счету. «Как ты мог так поступить, чертов ублюдок?» — вопил он. Я не говорил вам, что я журналист? Я включил цифровой диктофон. «В соответствии с законом я должен сообщить, — сказал я, пытаясь удержать ровный тон, — что записываю этот разговор». А затем с гулко бьющимся сердцем стал ждать следующей угрозы.

Почти минуту в трубке была полная тишина. Я подумал, что архитектор схватил бейсбольную биту и уже едет ко мне.

«Сегодня ведь Рождество, мужик, — сказал он вдруг, нарушив тишину севшим голосом. — У меня дети, а я ничего не могу им купить. Мне даже за отоп­ление заплатить нечем».

В этот патетический момент я увидел его тем, кем он был на самом деле, — не суперзлодеем, а обыкновенным пройдохой, каких полным-полн­о повсюду. Я услышал приглушенный всхлип, и в тот же момент вся радость мести, которую я чувствовал весь день, стала горькой. Я не знал, что ответить, и через пять секунд просто повесил трубку.

Рождественская ночь прошла и сменилась утром следующего дня, а потом пришел следующий, и новый, и другой... Моя паранойя относительно возможной «ответки» со стороны архитектора постепенно сошла на нет, но вспоминать эту историю мне было все так же неприятно.

Комментарии

6
Сусуватари
24 мая 2017 7:03

Бред какой-то. Такой аферюга-пройдоха, со всех сторон себя защитил, и надо же, 400 баксов вызвали у него финансовый крах.

Ильяс
10 июня 2016 11:36

Месть зло конечно но и себе цену надо знать

GROG
15 мая 2016 10:58

Надо быть мудрее...

Добавить комментарий
Показать ещё
На нашем сайте используются файлы cookie. Если вы не хотите, чтобы мы использовали cookie-файлы, вы можете изменить настройки своего браузера, или не использовать наш сайт. Продолжая пользоваться сайтом, вы даете согласие на использование ваших cookie-файлов.