Право на слив

Городской человек совсем избаловался.

Иллюстрации: Андрей Кузнецов 

Ему и центральное отопление, и электрификация всей страны, и кабельное телевидение, и стирально-посудомоечные машины, и умные пылесосы, и даже электронные зубные щетки! Привыкли мы смолоду на кнопки нажимать и мир вокруг себя регулировать. И каждый гражданин твердо знает, что есть она — главная кнопка, заветная. Нажмет на нее Верховный главнокомандующий, зашелестят травы, загудят воды, побегут стада, и весь мир как следует отрегулируется, и заживем мы по-новому.
 
Фото 1 - Право на слив


Признаться, я и сам так раньше думал, пока у меня унитаз не сломался. Блестит, глаз радует, но не смывает. Вот тогда я понял, где по-настоящему главная кнопка располагается: на сливном бачке. Не вокруг черного чемодана мир вертится, а вокруг бачка. Сломалась кнопка — вода не струится, трава пожухла, и, как говорится в рекламе, “целого мира мало”. Действительно мало — потому что воспользоваться нормальной сантехникой я теперь могу либо в ресторане, либо на работе. Что там страсти людские по сравнению с этой чудовищной обструкцией. И ведь беда как раз в том, что хочу, хочу я пользоваться своим законным правом — нажимать на кнопку “слив”. Многих прав я лишен в своей стране, но этого лишаться категорически не намерен, потому и решил, что буду бороться до последнего.
Честно сказать, унитаз сломался довольно давно, лет пять назад. Правда, тогда он сломался не совсем, а лишь на четверть: кто-то из гостей умудрился уронить крышку бачка (интересно, зачем он ее снимал?), та разлетелась на куски. Тогда, кстати, я впервые ощутил легкий дискомфорт: нажимать на кнопку стало невозможно. Но на семейном совете мы решили, что менять унитаз из-за такой пустяковой поломки нецелесообразно, лучше завтра купим новую крышку или виновник аварии, убийца крышки, признается и подарит ее на следующее семейное торжество.
О это вечное “завтра”! В общем, я лишился главного атрибута комфорта — кнопки “слив”. Ее серебристая поверхность пропала, из бурлящей студеной воды уныло торчала ржавая проволочина. За неделю я научился проделывать операцию “слив”, ни разу не замочив руки. Бачок превратился в главную достопримечательность нашей квартиры: дети напустили туда корабликов, а я даже почти установил там самодельную динамо-машину, которая из-за небольших недоработок осталась всего лишь водяной мельницей.



Со временем оказалось, что отсутствие кнопки — это даже не полбеды, а только четверть. Очередная поломка настигла мой унитаз пять дней назад. Вода по какой-то, известной только ей, причине перестала задерживаться в бачке и сразу же вытекала в канализацию, практически не захватывая то, что ей предназначалось унести. Пришлось вызвать сантехника — то ли из-за отсутствия у меня времени и энтузиазма, то ли из-за некстати разыгравшихся принципов жены. После того как мастер поковырялся в начинке толчка, вода перестала убегать, но все кораблики утонули, а мельница отказалась крутиться. Вытирая руки, сантехник предположил, что все это надо менять к чертовой матери. В душе я был с ним согласен, но ведь при таком количестве работы, как у меня, проще вызвать мастера, чем сто лет выбирать новый агрегат, ждать, пока его привезут, установят и т.д.
Разумеется, трагедия развивалась с кинематографической быстротой. Сначала ребенок выбросил в унитаз плоскогубцы, о чем, разумеется, никому не сказал. Вслед за этим вода решила изменить маршрут своего течения и стала убегать из бачка не в канализацию, а прямо на потолок моей соседки снизу. Как ей (воде) это удалось, не смог разобраться даже сантехник, которого под конвоем участкового привела к нам в квартиру промокшая соседка.
Мастер охарактеризовал это явление как “хрен знает что такое”.
— Может, это конденсат? — спросил я, потому что пауза слишком затянулась.
— Нет. Это именно хрен знает что такое, — настаивал он.
Мне пришлось согласиться, а ему — отключить подачу воды в бачок. После чего наш туалет стал мало чем отличаться от деревенской будки в лопухах. Отныне каждый член семьи отправлялся в туалет с полным ведром воды. Мы научились проделывать операцию “слив”, не замочив ноги. А чтобы объяснить систему пользования унитазом гостям, нужно потратить как минимум минут 40.
Трудно стало жить. Я плохо просыпался по утрам, не мог заснуть по вечерам, о сексе думал редко и больше со злобой. Мол, люди женятся, занимаются любовью, а нам не во что обуться. То есть смывать нечем. Моя главная кнопка сломалась. Я лишился последнего неотъемлемого права — права на слив. Ведь как было до поломки? Я шел в туалет облегчить не только тело, я мысли свои шел облегчить. Нажал на кнопку — и побежала чистая, проточная вода, унося все мои грязные помыслы, все дурные намерения. Хотел соврать жене, что приду поздно, потому что работы много, а посмотрел, как вода утекает в воронку, и раздумал, не сказал ничего. Думал на коллегу обидеться и сказать ему об этом, а послушал шум моря из канализационной трубы — и раздумал.
А теперь даже чтение в туалете не приносит никакого удовольствия, потому что мысль о заветной кнопке покоя не дает.
По справке БТИ размер моего сортира — 0,6 м. Из-за чего постоянно приходится думать, как же расположить ведро, выливая из него воду, чтобы не замочить тапочки. Ведь бред же!
В одно зимнее утро я увидел, что вода, оставленная с вечера в ведре, превратилась в лед, и понял, что дальше так жить нельзя. Весь день ушел на исследование ассортимента интернет-магазинов сантехники, а к вечеру я выбрал Его. Любо-дорого посмотреть: белый, блестящий, холодный — “совершенство стиля”, как говорят в еще одной рекламе. Такого эстетического удовольствия я не получал со времен выставки Модильяни.
Я слышал, что лучшие друзья девушек — это бриллианты, а друзья мужчин вроде как автомобили и боулинг. Но не тут-то было. Ну не играю я в боулинг, не люблю кегли. И меня это совсем не беспокоит — могу и в шашки сыграть, и в шахматы, и на гитаре. Людям нравится. А то, что у меня унитаза нормального не было, — вот это беда, и еще какая: ощущение унитаз­ного комфорта ничем не заменишь! Лучшие друзья мужчины — унитазы. Если подумать, то унитаз — олицетворение всего идеально мужского: он тверд, холоден, всегда вычищен до блеска, и он незаменим. Это — Джеймс Бонд санузла. Каждому уважающему себя мужчине необходимо, чтобы рядом с ним был такой вот надежный друг.
Стоит ли вам рассказывать окончание истории? Коротко говоря, у меня теперь их два. Я пишу эти строки в то время, как первый (старый) еще не демонтировали, а второй (новый) еще не установили. Рабочие, которые обещали прийти сегодня, естественно, не пришли. Вода по-прежнему заливается в ведро. Но в сердце у меня, по крайней мере, затеплилась надежда на возвращение заветной кнопки. Я поглаживаю новый, гулкий и пока еще незапятнанный фаянс по прохладной белой щеке и чувствую себя как человек, не видевший пять лет собственную мать и ожидающий ее на вокзале.
На днях наша встреча состоится. Сливу — быть. Право на него — не отнять. Россия, вперед!

Комментарии

14
Алексей
15 марта 2016 16:49

Ммммммного букв ни о чем))
Зачем ждать так долго? Либо чинишь сам, при определенном уровне рукождопости или вызываешь мастера) Все ж просто) Зачем усложнять?

GROG
01 марта 2016 21:24

Вообще не понял зачем такая эпопея про унитаз....
Сломалось - ремонтируй сам,если руки не из задницы растут,не можешь сам - вызывай профессиональные службы......

Юрий
16 октября 2015 4:58

Не стал дочитывать статью! если дома, что-то не работает возьми да почини!

Добавить комментарий
Показать ещё