Лыжня

Ни в одной цивилизации мира два куска дерева, привязанные к ногам, не играют такой роли, как в русской.

Речь о лыжах, которые, думаю я совершенно серьезно, Господь дал нам для осмысления своего места в этом мире, где зима продолжается девять месяцев в году.
С одной стороны, русский народ за свою тысячелетнюю историю придумал массу способов потратить силы и деньги, чтобы зимой не сойти с ума от нечего делать. Некоторые, например, любят строить снежных баб, другие предпочитают париться с бабами в бане, а потом голышом прыгать в снег, третьим нравится ходить на зимнюю рыбалку и там — вдали от всех баб, вдумчиво и обстоятельно пить водку, сидя у дырки во льду. Есть еще любители коньков, хоккея и бобслея, в лесах можно встретить охотников на зайцев, а где-то в проруби прячутся моржи и поклонники Порфирия Иванова. С другой стороны, есть пара лыж, которые легко заменяют собой все мучения и забавы сразу.
К лыжному спорту меня приучали с самого детства. Как только выпадал первый снежок, папа брал меня за руку и вел в спортивный магазин покупать новые лыжи. В магазине пахло резиной и гантелями, а у прилавков вечно толпились рыбаки, задумчиво рассматривающие россыпи блесен и мормышек. Но лыжи стояли слева — в специальном загончике. Сначала папа брал несколько штук подряд, вертел их в руках, встряхивал, прислушиваясь к еле уловимым вибрациям древесных волокон, а потом ставил каждую лыжу рядом со мной и просил дотянуться рукой до самой их кривой макушки. Видимо, в этом действии был скрыт какой-то особый смысл. Определившись с лыжами, папа с такой же дотошностью выбирал палки, уродливые ботинки с выступающей вперед подошвой и крепления, похожие на хулиганскую рогатку.
Затем наступала вторая стадия приготовлений. Рано утром в первую субботу ноября папа доставал лыжи из кладовки и начинал колдовать. Он намазывал лыжи дегтем и «Мазью №5 для сильного мороза». Потом нагревал каждую лыжу над газовой плитой, и по квартире расползалась ни с чем не сравнимая вонь.
Остаток дня папа возился с дрелью и шурупами, пытаясь соединить воедино ботинки с креплениями. Иногда мне казалось, что проще всего взять да и прибить эти ботинки гвоздями к лыжам — все равно, думал я, никто же не носит их отдельно.
Готовые лыжи — накрепко связанные веревочкой и с холщовым мешочком на кривых остриях — папа торжественно ставил в угол прихожей. Как часовых в засаде.
Я не знаю, у кого как, но в нашей семье зима начиналась с кодовой папиной фразы: «На этих выходных неплохо бы махнуть покататься». Катались мы каждые выходные. Пока все нормальные дети отсыпались по субботам, меня поднимали в семь утра. Я с тихим стоном тащился в ванную, а мама лихорадочно собирала нам рюкзак (термос с кофе, пакет с бутербродами, сменное белье и запас шерстяных носков, набор мазей, отвертка, йод и лейкопластырь «на всякий случай»). С первыми лучами солнца мы выезжали в лес. Ехать надо было далеко за город на трамвае или автобусе, но в какой бы ранний час мы ни вошли в трамвай, там всегда стояло еще несколько таких же ненормальных с лыжами. До сих пор не понимаю, что они там делали — ведь они же не были знакомы с моим папой.
Но самое страшное начиналось в лесу. Намертво пристегнув меня к лыжам, папа ставил готовую конструкцию на лыжню и бодро командовал: «Ну, побежали!» И я бежал. Через полчаса взмокшая от пота шапка падала мне на глаза, а окружающий зимний лес хотелось выжечь напалмом. Несмотря на все мази и притирания, мои лыжи отказывались легко скользить по снегу и куда-либо лететь. Напротив, они то и дело стопорились на ровном месте. Не прибавляли уверенности и палки, которые то и дело путались друг в друге. Кроме того, я вообще не понимал, зачем нужно спешить в лесу? Куда?
Но подумать над этим вопросом мне не давали — то и дело ко мне сзади подбегали сердитые мужчины и кричали прямо в ухо:
— Лыжню-ю!
Несколько раз меня просто сталкивали в сугроб. А папа поучительно наставлял, что если я не научусь быстро бегать, то меня так и будут толкать на обочину жизни. Что я так и вырасту рохлей и слабаком. Что вообще лыжню и по жизни уступать никому нельзя, а нужно бежать и бежать.
— Чтобы прийти к могиле первым, — хотелось тогда добавить мне, но я молчал из уважения к папе.
В школе я записался в секцию плавания и фехтования, но так просто избавиться от лыж не удалось. Во-первых, папа по-прежнему был уверен, что лучше отдыха на лыжах человечество ничего не придумало. Во-вторых, наш учитель физкультуры по кличке Робот Вертер (в кино «Гостья из будущего» был такой придурковатый кибернетический организм) оказался мастером спорта по лыжам. Время, проведенное вне лыжни, он считал бессмысленно потерянным. Лето действовало на нашего физрука угнетающе, при виде подснежников он становился злым и раздражительным, зато с первыми холодами Вертер преображался. Он вешал на шею свой любимый секундомер, открывал кладовку с лыжами и вел нас сдавать свой любимый лыжный кросс.
Вертер гонял нас до посинения, а нерасторопным помогал бодрыми тычками лыжной палкой. Еще он любил приговаривать, что во времена его молодости так воспитывали новобранцев в армии — чуть отстал и получил в тыл штыком от старшего товарища. Однажды он повел нас сдавать кросс в начале апреля. Люди, щеголявшие в легких плащах, испуганно крестились при виде угрюмой толпы явно сумасшедших лыжников, и лишь голый чернозем на месте лыжни смог поколебать нашего физрука. Казалось, от огорчения он готов был расплакаться.
Лыжи преследовали меня и в университете, и в личной жизни. Практически каждая вторая девушка, с которой я знакомился в зимний период, рано или поздно звала меня в Сокольники покататься на лыжах. Это такой нехитрый женский прием — запутаться в ваших и своих лыжах, со смехом упасть, а потом подставить губы для поцелуя. Я даже могу указать место, где лучше всего это делать — на большом круге, где есть такая тихая аллейка. Там, по крайней мере, нет этих сумасшедших, которым вечно не хватает свободной лыжни.
Но вот я наконец женился на одной из таких «лыжниц» и отправил свои лыжи на балкон. Опытные люди знают, что балкон — это очень серьезно. Еще ни одна лыжа с балкона никогда не вернулись на лыжню.
Тем не менее проститься с лыжами не удалось. Не так давно начальство решило объединить наш коллектив в «единую семью», в связи с чем в ближайшие выходные мы едем к черту на рога кататься всем офисом на лыжах.
Дескать, это модно и спортивно, и вообще, сейчас все успешные люди отдыхают на лыжных курортах. И знаете что? На этот раз я не уступлю им лыжню. Ни за что. Будет им семья, как же.

Комментарии

12
сергей
30 мая 2016 9:52

Про русских не знаю, но саамы на лыжах бегали за оленями издревле, да и чукчи на снегоступах тоже носились как ужаленные

Бусинка
06 апреля 2015 12:23

Отличная, жизнерадостная статья получилась. Вкусная такая! Я прямо вот ощутила эту вонь которая так же витала в нашем доме, когда папа чем-то там покрывал лыжи.
При чем свои он покрывал чем-то что позволяло бегать ему очень-очень быстро, он был передовик производства и спортсмен занимающий на соревнованиях только призовые мета))))
Мне же доставалась очевидно другая пропитка, я как и автор печально ковыляла по лыжне, мешаясь всем бетробегающим((((
Но со временем я полюбила лыжи и выходные в бору. Окрестные белки привыкли ко мне и я охотно приносила им всяческие вкусности....
Сейчас у меня своя семья и на лыжах я по прежнему хожу, но не так часто, как хотелось бы...

рыжая
05 марта 2015 17:10

вот что выдает википедия выдает про лыжи приспособление для перемещения человека по снегу. Представляют собой две длинные (150—220 сантиметров) деревянные или пластиковые планки с заострёнными и загнутыми носками. Лыжи крепятся к ногам с помощью креплений, в настоящее время для использования лыж в большинстве случаев необходимы специальные лыжные ботинки. На лыжах перемещаются, используя их способность скользить по снегу. но это веселее и приятней, когда действительно встаешь на них))

Добавить комментарий
Показать ещё